Престольный праздник в Борисоглебском соборе.

15 мая Святая Церковь празднует день святых благоверных князей-страстотерпцев Бориса и Глеба. Святые благоверные князья Борис и Глеб (в святом Крещении – Роман и Давид) – первые русские святые, канонизированные как Русской, так и Константинопольской Церковью. Они были младшими сыновьями святого равноапостольного князя Владимира (+ 15 июля 1015). Родившиеся незадолго до Крещения Руси святые братья были воспитаны в христианском благочестии. Братья были убиты подосланными старшим братом, властолюбивым Святополком, убийцами.

В старинном соборе во имя Бориса и Глеба г. Старицы, прошел первый престольный праздник после открытия. Праздничную Божественную литургию возглавил благочинный Торжокского благочиннического округа протоиерей Николай Алексеев в сослужении клириков благочиния. Служба прошла особенно торжественно и радостно, так как еще звучат в церквях пасхальные песнопения.

После литургии, за которой причастились большинство молящихся в храме, верующие прошли крестным ходом вокруг стен древнего храма, величая святых покровителей церкви и возвещая всей округе «Христос Воскресе! Воистину Воскресе!».

Далее после завершения богослужения состоялось торжественное мероприятие, на котором состоялось освящение и открытие памятного креста в честь военнопленных Великой Отечественной Войны. Дело в том, что во время войны помещения храмового комплекса использовались как места заключения военнопленных.

По окончании торжественного мероприятия отец благочинный с рабочим визитом посетил церковь в честь святых Флора и Лавра в с. Степурино.

__________________________________________________

Старица – один из самых древних тверских городов. Ещё при Великом Тверском князе Михаиле Александровиче, в 14 веке, здесь началось каменное строительство, а в 16 веке, в дни расцвета города, над Волгой уже возвышалась мощная крепость, частично из камня, с двумя каменными же соборами – Михаила Архангела (1398) и Никольским (1404).

В начале 16 века Иван III Васильевич выделил Старицу в удел сыну Андрею Ивановичу. Так началась короткая история последнего удельного княжества на Руси. В борьбе с Москвой князь Андрей Иванович Старицкий потерпел поражение и в 1537 году умер в заточении. Сын его, Владимир Андреевич Старицкий, был с Иваном IV Васильевичем при взятии Казани и «носил на себе царскую милость, но потом оной лишился и имел ту же участь, что и родитель его». Памятником удельного прошлого Старицы является Успенский собор одноимённого монастыря, построенный около 1530 года. До недавнего времени здесь находился трёхъярусный иконостас – дар Владимира Андреевича Старицкого.

В годы Ливонской войны (1558-1583) Старица особо полюбилась Ивану IV Васильевичу Грозному. Он называл её городом Любимом, и именно Старица была избрана местом переговоров с послом папы римского А. Поссевино, итогом которых явилось перемирие, заключённое между Русью и Польшей в 1582 году. В ответ же на предложения сближения Руси с католическим миром Иван IV ответил: «Венецианам в наше государство приезжать вольно с попами и со всякими товарами, а церквам римским в наше государство быть непригоже, потому что до нас этого обычая здесь не бывало, и мы хотим по старине держать».

Со второй половины 16 века в Старице началось множественное каменное строительство. Одной из самых значительных построек 16-го столетия на Руси стал пятишатровый Борисоглебский собор. Он был сооружён в 1558-1561 годах по указу Ивана IV Васильевича. «Это был оригинальный, из ряда вон выдающийся по своей конструкции пятишатровый храм, — писал академик Игорь Эммануилович Грабарь, — с цветными изразцами с крупным декоративным панно «Распятие», с изразчатой лепниной под карнизом храма – несомненно, был великолепен и величественен».

Вполне возможно, храм был построен в честь взятия Казани. За образец был взят собор Василия Блаженного. Огромный храм-город, старицкий Борисоглебский собор стоял у самой кромки берегового обрыва, и пять его шатров словно гигантские свечи в едином порыве возносились к небу с крутого и высокого берега Волги. Центральная из пяти восьмигранных башен достигала высоты тридцати метров. Стены собора украшали белокаменная резьба и цветные изразцы. Искрясь на солнце, они придавали храму праздничный облик. Собор украшали также большое изразцовое панно «распятие» и изразцовая «летопись», причудливая вязь которой опоясывала центральный шатёр. Текст «летописи» гласил « Лета 7066 июля … дня. Зачат бысть сей храм в городе Старице святых страстотерпцев Христовых князей русских и обою братий по плоти Бориса и Глеба наречённых во святом крещении Романа и Давида, при державе благоверного государя Иоанна Васильевича и великом князе … Васильевиче … и … Фёдоре Ивановиче всея Руси и при преосвященном митрополите … Тверском … и отделася сия святая церковь в лето 7069 и освящена … великих страстотерпцев и русских князей Бориса и Глеба и … святого чудотворца Николая Великорецкого родителям на поминовение и в память прочим родам и сему граду на украшение и утверждение от противных супостатов и всем христианам на спасение».

В нижней части храма располагался подклет. Он являлся не столько церковным помещением, сколько помещение государственного назначения. В одном из документов он назван «палатами государевыми». Это были государственные кладовые особого назначения и предназначались для хранения ценностей. Борисоглебскому собору, одному из самых выдающихся произведений древнерусского зодчества, была уготована трагическая судьба. В своём первоначальном виде храм простоял всего столетие со дня его завершения. Он, как и весь город, жестоко пострадал во время польского вторжения. Старица, «Любим-город» Ивана IV Васильевича, с величественными соборами, с княжеским дворцом и мощной крепостью с каменными башнями была в те годы полностью уничтожена.

Борисоглебский собор, разорённый и полуобгорелый, в первые годы после Смутного времени использовался и как острог, и как приказная изба, и как склад для порохового запаса и пушек – в разрушенном и оскудевшем городе не хватало помещений, и старицкий воевода выпужден был даже устроить свою канцелярию на паперти Борисоглебского собора: «Я, холоп твой, сижу твоими государевыми делами в паперти у Бориса и Глеба… В дождь капель – в городовой пожар кровля вся сгорела… Идёт к осени, а приюту нет».

Без кровли, разрушаемый ветрами и ливнями собор достоял до 1658 года, года патриарх Никон — Никита Минин (Минов), с ненавистью относившийся к шатровым храмам, приказал его разобрать на камень для строительства Новоиерусалимского монастыря. Сломали царское крыльцо, звонницу и окружавшую храм галерею-гульбище. В документе, относящемся к 1659 году, сказано: «… да в прошлом 7166 году святейший Никон патриарх в городе Старице соборную каменную церковь разрушил, а тот камень возили в Воскресенский (Новоиерусалимский» монастырь зимним путём наши домовые крестьянщики, сто подвод».

Снос храма, начатый Никоном, был довольно быстро приостановлен, но ущерб был ему нанесён уже довольно большой. Несмотря на то что в нём даже возобновились богослужения, в 1686 году собор, по данным писцовой книги, находился в плохом состоянии: «В городе Старице соборная церковь благоверных князей Бориса и Глеба каменная пятиглавая ветха… а строена та церковь лета 7066 года, а при которых великих государех строена, и та подпись вывалилась». Церковный причт не получал никакой материальной помощи от патриархии и царя, и вынужден был жить подаянием, а прихожане «у оной церкви ветхости починивать не могут», так как в приходе Борисоглебского собора числилось всего 45 дворов.

В другом документ, относящемся уже к 1748 году, говорится об опасности отправления богослужений в соборе из-за ветхости деревянных частей и обрушившихся сводов. В документе 1765 года говорится: «Внутри города Старицы соборная церковь кирпичная, о пяти шатрах, в трёх алтарях, Во имя Бориса и Глеба… Паперть кирпичная напреж имелась вокруг сводная, на кирпичных столпах и издавна оные своды обвалились и шатры все пять обветшали… А по имеющейся округ оных шатров надписи значит: начата оная церковь строиться от сотворения мира 7066 года, а совершена 7069 году, а как построена, о том неизвестно, потому что оная надпись за древностью вывалилась».

Через пятнадцать лет, в 1780 году, Екатерина II пожертвовала 7000 рублей на ремонт храма, что было явно недостаточно даже для его частичного восстановления. К этому времени три главы на шатрах разрушились и были заменены деревянными, кровля протекала, и по-настоящему действовал только левый придел Благовещения, который кое-как удалось приспособить для службы. На чертеже, сделанном в конце 18 века, храм изображён с травой и кустами на кровле, безжизненным и заброшенным. Окончательно Борисоглебский собор был «за ветхостью» разобран в 1804 году. Вероятно, здание ещё можно было спасти, но его основательный ремонт и последующее поддержание в хорошем состоянии требовали слишком больших средств. Об облике Борисоглебского собора сегодня рассказывают только обмерные чертежи, сделанные перед его разборкой.

Память о храме долгое время жила среди жителей Старицы. Во второй половине 19 века ему даже был поставлен памятник – небольшой обелиск, установленный на том самом месте, где стоял собор. А в 19 веке в куче щебня на городище были найдены частицы изразцового панно «Распятие», свидетельствующие о незаурядном мастерстве древнерусских живописцев. Эти осколки до октябрьского переворота хранились в Тверском музее, а после были не то расхищены, не то выброшены. Ныне они считаются утраченными.

Новый Борисоглебский собор

В 1808 г. вместо прежнего, разобранного Борисоглебского собора ближе к городским кварталам был заложен новый городской собор. Предположительно, авторами проекта могли быть известные столичные архитекторы Kapл Иванович Росси и Луижди Руска, однако эти сведения документально не подтверждены. Достоверно известно, что автором проекта колокольни, расположенной рядом с храмом, является Матвей Алексеевич Чернятин, выполнивший проект в 1817 г. С 1786 г. Чернятин работал в Старице, первоначально как «архитекторский ученик», и вполне мог быть руководителем работ по строительству главного городского собора.

О фресках Борисоглебского собора можно прочитать в воспоминаниях Федора Глинки, который путешествовал по Тверской губернии в 1820 году. «Мы вошли в новую церковь, которую назавтра собирались освящать. Архитектура в ней очень хорошая, резьба прекрасная, но живопись не соответствует прочему украшению. Если бы не блеск свежих красок, можно подумать, что иконостас писан за несколько сот лет. Ласковый архитектор, случившийся тут, объяснил нам загадку, сказав, что иконы писаны нарочно старинною кистью для того, что прихожане-старообрядцы отчурались бы от церкви, увидев святых, написаны по нынешним образцам.»

Место для нового соборного храма было отведено Думой на площади, напротив присутственных мест. Из пожертвованных императрицей в 1780 г. 7 тысяч рублей, вложенных под проценты, накопилось 14 тысяч рублей. Из этой суммы 1 160 рублей 83 копейки было потрачено на разборку старого собора, на постройку нового храма осталось 12 839 рублей 17 копеек.

Наиболее важные элементы фасадного убранства прежнего Борисоглебского собора использовали для украшения нового храма: его южную стену украсило изразцовое «Распятие», восточную – «Спас Нерукотворный». Собор XIX века выстроен в виде массивного куба, с запада, севера и юга оформленного изящными четырехколонными портиками. В 1827 г. было завершено строительство отдельно стоящей колокольни со сложной ярусной композицией с устроенной в ней небольшой Спасской церковью. Таким образом, кремлевскую часть Старицы украсил выразительный классицистический ансамбль.

Из клировых ведомостей за 1828 г. известно, что каменная соборная церковь была построена и освящена в 1820-х гг. и имела приделы Святого Благоверного князя Александра Невского и Святых Праведных Захарии и Елисаветы (еще не освященные), при соборе под колокольней имелась теплая церковь Нерукотворного Образа Иисуса Христа. Окончательно Борисоглебский собор был достроен и освящен в 1827 г. Земли пахотной и сенокосной при храме не было, приходских дворов при нем 81, в которых 430 душ мужеского пола и 376 душ женского.

Согласно Тверскому епархиальному статистическому сборнику за 1901 г., в Борисоглебском соборе было пять престолов, из них три в холодной части – Борисоглебский (средний), Покрова Пресвятой Богородицы (южный), святителя Митрофана Воронежского (северный), в теплой части, в нижнем этаже колокольни два престола: Нерукотворного образа (нижний), святых бессребреников Космы и Дамиана (верхний на хорах).

В 1901 г. служили: протоиерей Преображенский Иаков Платонович (70 лет, священником с 1854 г., протоиереем с 1898 г.), диакон Панков Михаил Феодорович (29 лет, диаконом с 1893 г.), псаломщик Вершинский Александр Андреевич (26 лет, псаломщиком с 1896 г.), псаломщик Смирнов Алексей Арсеньевич (23 года, псаломщиком с 1897 г.). Прихожан в Старице и деревнях Букрове, Малом Старкове, Коньковской слободе, Федурнове, Рябинине – 72 двора (462 человека – 211 мужчин и 251 женщина).

 

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *